Из всех естественных богатств страны наиболее ценное богатство – ее кадры, полагает Флоренский, так что не исключено, что государство будущего станет гордиться не сейфами с золотым запасом, а списками имен своих работников. Аппарат управления – как общегосударственного, так и частного – должен, по убеждению философа, формироваться сверху вниз, а не снизу вверх, то есть через назначение должностных лиц (при самом широком и тщательном рассмотрении кандидатур и при контроле специальных инспекторов), а не через их выборы. Несоответствие назначений будет в значительной мере предотвращаться малой связью между зарплатой и должностью: зарплата должна быть связана с конкретным лицом, а не с должностью, так что должность сама по себе не будет заманчивой для неподходящих лиц, а повышение зарплаты должно быть обусловлено стажем и социальными заслугами.
«Государство, начинающее будущую культуру, смотрит вперед, а не назад, и свои расчеты строит на будущем, на детях», – такими словами открывает Флоренский раздел о воспитании и образовании. Согласно его предложениям, дети должны как можно дольше оставаться детьми, а для этого их надо изолировать от политических тревог, от дрязг жизни. На первом месте в школе должно находиться воспитание, а не учеба. Воспитание привычки к аккуратности, к точности, к исполнительности, взаимного уважения, уважения к высказываниям и чувствам товарищей, вежливости, привычки не рассуждать о том, чего не знаешь, критичности по отношению к себе, половой чистоплотности, преданности государству и своему долгу, интереса к делу, наблюдательности, вкуса к конкретному, любви к природе, привязанности к своей семье, отвращения к хищничеству по отношению к людям, животным, природе, наконец, физическое развитие – таковы элементы, внедрением которых в школе необходимо озаботиться первым делом.
Начальная и средняя школа должны находиться под ведением местных организаций и по возможности быть децентрализованными. Единство школы отвергается, напротив, допускается разнообразие типов, программ и способов обучения при соблюдении минимума необходимых государственных требований. Средние учебные заведения желательно размещать в малых городах, в усадьбах, среди природы. Высшие следует распределить по всей стране. Это повысит общий культурный уровень, создаст более здоровый быт, свяжет институты с местными условиями, с природой, повысит воспитательные возможности. Кроме того, поместить профессоров и преподавателей в спокойные, здоровые, как бы специально предназначенные для творчества места – значит предоставить им возможности роста и научного плодоношения.
Школа призвана готовить здоровых телесно и душевно людей – без этого нет надежд на лучшее будущее. Проявлением их внутренней жизни является, в числе прочего, и религиозное чувство. Флоренский, безусловно, согласен с тем, что религия должна быть отделена от государства – как в ее интересах, так и в интересах государства, которое не просто терпит различные религиозные организации, но оказывает им содействие и вправе ждать содействия себе с их стороны. Государство равно допускает свободу религиозной и антирелигиозной пропаганды, если ни та, ни другая не затрагивают сфер его ответственности, и пресекает ту или другую в противном случае. Государство выступает арбитром во взаимоотношениях религий и исповеданий, по формальным правам не имеющим никаких преимуществ друг перед другом, в том случае, если одна из сторон допускает правонарушения.
Взбудораживший современное общество вопрос о преподавании основ православия в школах богослов Флоренский решает как человек светский. «Религиозное образование, – пишет он, – разрешается в общественном порядке лишь по достижении совершеннолетия, а в домашнем – для небольших семейных или дружеских групп – только по усмотрению родителей». Ибо «когда религию навязывают – от нее отворачиваются… Но когда религии не будет, тогда начнут тосковать».
Экономическое направление предполагаемого государства Флоренский мыслит как государственный капитализм. Под ним понимается такая экономическая организация общества, при которой орудия производства принадлежат непосредственно государству. В сельском хозяйстве основной производственной единицей должен быть колхоз, ввиду своей наибольшей выгодности, но наряду с ним допускается существование артелей, личных хозяйств и других хозяйственных организаций. Колонизация, специальные или редкие культуры, особенности местного ландшафта могут привести к появлению хозяйств в особых формах.
Говоря о добывающей промышленности, Флоренский вводит мысль о государстве будущего как о «по возможности самозамкнутом, независимым от оценок и цен внешнего мирового рынка». С современной точки зрения проповедь самодостаточности, изоляционизма звучит весьма странно, как, впрочем, и отрицание философом представительной демократии. Но у философа, к тому же – философа-космиста свой, существенно отличающийся от нынешнего взгляд на вещи. О. Павел вообще имел репутацию консерватора, лояльного по отношению ко всякой власти, в том числе коммунистической, чем его не раз корили (например, его постоянный оппонент Николай Бердяев). Однако дело, по-видимому, не в веках «гнета и покорности», нашедших свое выражение в мировоззрении Флоренского. Философ придерживался принципа «принятия данности», признавая за данность историческую реальность, из которой следует исходить всякому истинному политику. Поэтому Флоренский и пишет, что «порядок, достигнутый советской властью, должен быть углубляем и укрепляем, но никак не растворен при переходе к новому строю».
Так что в «Записке» речь идет не об идеальной, а о достаточно реальной модели – в условиях данной исторической реальности. А идеальная модель для Флоренского – средневековый тип иерархической власти и государства как монархии, где не могло быть никакой демократии и никакого равенства между людьми. Наоборот, средневековое миросозерцание строилось на представлении о том, что каждый человек имеет свое предназначение, свой долг перед Творцом и потому – свое место в жизни.
Вот и у Флоренского государственная политика будущего государства должна обеспечивать не политическое равенство, а разделение сфер деятельности и специализацию. Иерархический строй, устраняя всеобщее равенство, дает возможность многоступенчатого самовыявления в разных сферах – национальной, культурной, научной, хозяйственной. Такое государство не нуждается в каких-либо партиях. «Оппозиционные партии тормозят деятельность государства, партии же, изъявляющие особо нарочитую преданность, не только излишни, но и разлагают государственный строй, подменяя целое государство, суживая его размах, и в конечном счете становятся янычарами, играющими государственной властью. Разумной государственной власти не требуется преторианцев, в виде преданности желающих давать директивы».
Конец ознакомительного фрагмента.
